November 2nd, 2016

июнь, Санкт-Петербург

Творения рук человеческих. От Фаберже и мастеров



Помимо безусловного ювелирного таланта, успеха предприятию Фаберже удалось достичь благодаря сочетанию опыта и багажа знаний, которые Карл приобрел за годы учебы, а также предпринимательской жилки — он был и очень сильным руководителем. Прежде всего, он никогда не «тянул одеяло на себя» — будучи сам ювелиром, Фаберже всегда уважал других мастеров. На каждом изделии фирмы, помимо клейма «Фаберже», стояло клеймо мастера, который его сделал.

фото2

У Фаберже работали выдающиеся мастера ювелирного и камнерезного дела: М.Е. Перхин, Г. Вигстрем, А. Холмстрем, Э. Коллин, В. Зуев, Ю. Раппопорт, С. Векева, причем, по условиям контракта, они могли сами набирать о обучать персонал, самостоятельно принимать решения по изделию — от его дизайна до окончательной обработки. Красота работ - необыкновенная. Если яйца - это ювелирное искусство, то всевозможные более доступные изделия, даже самые простые, это шедевры искусства быта.

фото1

Художники Дома Фаберже творили на весь мир: декоративная ваза для канцлера Бисмарка, братина для абиссинского Негуса Менелика, нефритовый венок на гробницу шведского короля Оскара II, нефритовая фигура Будды и лампада для придворного храма в Сиаме — вот только небольшой перечень зарубежных заказов Фаберже. Выполняя заказы Российского Императорского и королевских дворов Европы, Фаберже и его мастера сумели создать более 150 тыс. ювелирных работ, причем они все уникальные, даже если что-то и копировалось, то только с улучшениями.

Читайте подробнее: Шедевр за шедевром — от яиц к яичнице: Фаберже

июнь, Санкт-Петербург

ООН - начало глазами советского дипломата



фото1

"Принцип единогласия великих держав, являющийся основой Организации Объединенных Наций, подвергся открытым и косвенным нападкам со стороны некоторых делегаций, видевших в нем серьезное препятствие, мешающее диктовать волю одной группы государств другим государствам. Они хотели добиться такой процедуры голосования, которая позволяла бы навязывать Совету Безопасности решения, угодные Соединенным Штатам и Англии, сторонники которых составляли большинство в Совете Безопасности."
'Записки советского дипломата' Киселев Кузьма Венедиктович

Интересно читать книги о советской дипломатии. Зубры и мастодонты, вынесшие мировую войну на грани гибели мира и не сдавшие ни пяди в послевоенных баталиях - в преддверии холодной войны. Пусть книга прилизанная, выхолощенная, местами наивная и вполне выдержана в стиле 70-х. Ничто мощи страны и достоинства советских дипломатов не скроет и не смылит, даже редакция небезызвестного Карла Николаевича Сванидзе.

Особенно на фоне нынешнего МИД РФ, если и продолжающего традиции, то только шапито Российской Империи - в лице Марии Захаровой с ее "калинками" и неумным хамским ехидничаньем. И дело тут не в реалиях информационной войны, якобы диктующих некий стиль, нет. Преемственности нет, не научились. Или не сберегли - на фоне краха СССР и дипломатическому корпусу пришлось несладко.

К чему я? 23 октября 1946 в Нью-Йорке (США) началось вторая часть первого заседания Генеральной Ассамблеи ООН. Первая часть открылась 10 января в Лондоне (Великобритания), на ней делегации из 51 страны выбрали Генерального секретаря ООН — Трюгве Ли (Норвегия), руководящий орган Ассамблеи — Генеральный комитет.

Советский дипломат, глава делегации Белоруссии на первой сессии ООН Кузьма Киселёв позже вспоминал, что тогда, в 1945 и 1946 годах великие державы понимали, что не может быть возврата к старой, довоенной практике в международных отношениях. «Победы, одержанные в невиданно грозной и кровавой войне, должны быть закреплены миром, который отвечал бы интересам больших и малых народов, интересам предупреждения и недопущения новой агрессии», — пишет Киселев. По крайней мере, на словах оно было именно так, что не помешало уже на второй части сессии в Нью-Йорке (после ратификации Устава ООН всеми членами организации) некоторым «ведущим державам» начать совершенно обратные процессы.

Читайте далее: Мировое правительство с участием СССР — или Холодная война